Допросы, выброшенные телефоны и новая жизнь в Киеве. Эксклюзивное интервью с Дудинским о побеге из Беларуси

7 минут
48,6 т.
Допросы, выброшенные телефоны и новая жизнь в Киеве. Эксклюзивное интервью с Дудинским о побеге из Беларуси

В Беларуси Денис Дудинский был и есть самая узнаваемая телезвезда. Лицо Международного фестиваля искусств "Славянский базар в Витебске", ведущий самых важных концертов и приемов, рейтингового утреннего шоу "Добрай раніцы, Беларусь!" на канале "Беларусь 1" (было дело, даже "Песню года" канала "Россия" вел), комментатор "Евровидения", известный путешественник по экзотическим уголкам земного шара, популярный актер и фронтмен группы DaVinci.

Поэтому когда осенью 2020-го его упекли в печально известную тюрьму на Окрестина, это было… Как если бы Виктор Янукович в 2013-м посадил Владимира Зеленского.

Первое откровенное интервью после бегства из Беларуси Денис Дудинский дал изданию OBOZREVATEL.

Тогда, после 12 суток в камере, Дениса выпустили. Но работу на телевидении, которое в его стране может быть только государственным, он потерял. Хотя корпоративы стал вести даже чаще – для тех, кто не считает Лукашенко легитимным президентом. Но репрессивная машина всегда сильнее человека, и в июне 2021 года Дудинский и его жена и коллега Катерина Раецкая были вынуждены покинуть Беларусь, поспешно и тайно. Сейчас они в Украине, оформляют вид на жительство, начинают с чистого листа. Говорят, предложения работы есть, надо учить мову.

Видео дня

Мы встретились как раз перед чередой вопиющих случаев, связанных с Беларусью: бегства легкоатлетки Кристины Тимановской с токийской Олимпиады, отказа ее коллеги и соотечественницы Яны Максимовой возвращаться домой из Германии, чудовищной трагедии с главой Белорусского дома Виталием Шишовым, которого нашли повешенным в Киеве.

Без телефонов, контрабандистскими тропами

– Три дня нас с женой допрашивали в ДФР – Департаменте финансовых расследований, – вспоминает Денис Дудинский. – Забрали все финансовые документы, печати, таблицы, унесли компьютеры…

Дениса Дудинского и Катерину Раецкую не раз называли самой красивой парой белорусского ТВ.

– Что же вы нарушили?

– Нам не сказали. Мы с Катей просто ходили туда, как на работу, и нам задавали вопросы: а это что, а то… Я говорю: "Я не бухгалтер, я владелец. Может, вам лучше с бухгалтером пообщаться?". – "Нет, мы хотим с вами". Думаю, нас брали измором. Было бы нарушение – предъявили бы что-то в первый же день. Помню, в пятницу, 4 июня, нас отпустили до понедельника, а в воскресенье звонят друзья: "Так, слышать ничего не хотим, билеты, ПЦР-тесты организуем – этой ночью вы уезжаете из страны! В три утра за вами заедут".

– Возражать не пытались?

– Если родные и близкие в один голос твердят: "Не сметь оставаться!" – наверное, надо слушать. Даже те друзья, которые напрямую связаны с госструктурами, дали понять: в силу своей работы мы не имеем права говорить, но… В общем, я просто поехал в магазин, купил первый подвернувшийся под руку чемодан (у жены он был, а у меня чемодана не было – я с рюкзаками путешествую) – и мы упаковали два чемодана летних вещей. Это всё, что мы взяли. Некогда было соображать, что брать, чего не брать…

Дальше совсем шпионские страсти начались. Друзья, которые нас забирали, остановились в другом дворе, за несколько кварталов. Симки свои мы из телефонов вытащили – оставили в квартире. У водителей, которые нас везли (они менялись), были сменные телефоны. И ехали мы, разумеется, не на белорусско-украинский КПП…

– …а куда?

– К российской границе. Довезли нас до приграничного города, не скажу какого, а потом – контрабандистскими тропами.

Нас забрали совершенно незнакомые люди (мы не спрашивали, как их зовут, нам этого знать не надо) и повезли по только им известной дороге. Этих дорог нет ни на одной карте, они их специально грейдерами делают – сами для себя. Какая-то машина следом поехала, но наши сопровождающие остановились, вышли и очень жестко с теми людьми поговорили: "Вы кто такие? Какого за нами едете?!". Те, видимо, поняли, что влезли не туда, и куда-то свернули…

У этих ребят всё по накатанной, и людей из Беларуси им не в новинку вывозить. Вот с ними мы пересекли границу, а в России нас подхватили другие друзья-белорусы, которые там живут, и отвезли в Москву. Там в заранее обусловленном месте в назначенный час подъехал абсолютно незнакомый парень: "Денис, Катя? Вот билеты и направления на тесты". Все это время телефонов у нас не было, позвонить мы никому не могли, но в блокноте (показывает) все записано: где, когда встреча, как человек будет выглядеть, что он должен сказать…

– Фантастика!

– В экстренном случае нужно было попросить телефон у кого-то в аэропорту, мол, свой разрядился.

Честно скажу: я не знаю, сбежали мы сами или нам дали сбежать, были осведомлены о нашем отъезде органы или нет. Садили бы самолет, если бы мы полетели, как положено, из Минского аэропорта, или не садили. Но как-то не особо хотелось проверять, поймают или, наоборот, подтолкнут через границу: мол, валите уже.

– Как же вы из Москвы в Киев попали?

– А мы не в Киев, мы в Ереван! Переночевали в гостинице – и потом в Киев. Нам помогали, по моему мнению, великие белорусы, которые живут в Украине. Из соображений их безопасности не буду называть имен, но это правда великие люди, они делают все, чтобы помочь соотечественникам, которые вынуждены покинуть страну. И рискуют жизнями. Они встретили нас в Киеве, отвезли к себе домой, накормили: "Негде жить – оставайтесь у нас!". Но мы, слава Богу, не на последние деньги приехали, поэтому на трое суток сняли гостиницу, чтобы осмотреться.

Денис Дудинский изучает Киев.

А дальше началось волшебство. Кате написала знакомая только по соцсетям девушка: "У меня квартира оплачена на месяц вперед, но я там не живу – приезжайте!". Потом парень написал то же самое… В итоге мы въехали в квартиру в двух остановках метро от центра Киева, в новом доме, не бабушатник, с красивым видом из окон… И по цене, которой здесь в принципе не существует, даже за Окружной! Когда говорят, что Украина – страна волонтеров, это чистая правда.

– В Беларуси у вас осталось собственное жилье, туристический бизнес, который годами создавали…

– Мое ИП, Катино ИП (это индивидуальный предприниматель, то же, что у вас ФЛП) , турфирма, которую я основал, а жена там директор. Все эти дни мы только то и делали, что оформляли доверенности. Сейчас там Катина мама всем занимается – очень деятельный, самоотверженный человек, готова помогать 24 часа в сутки. Как-то все разруливает, хоть нервов много тратит, но для нее главное, что мы в безопасности, а не за решеткой, как многие неугодные и несогласные.

"Национальная символика стала фашистской, за герб теперь сажают"

– Вот про решетки спрошу. С чего для вас все началось – протестные митинги, арест, допросы? Я как журналист знаю, что это тянется дольше года и связано с сувенирным магазином Symbal.by, но давайте украинскому читателю объясним, что и как было. Потому что, увы, даже сейчас, после года белорусского кошмара, о котором мы постоянно слышим, в Украине многие считают: нам бы Бацьку – и было бы хорошо. И народные депутаты к нему в гости ездят, и ведущие с экрана говорят: эх, жаль, что не Лукашенко у нас – он бы Крым не отдал…

– Понял – конечно, сейчас объясним. В мае прошлого года, накануне выборов, люди стояли в очередях, чтобы поставить подписи за оппозиционных кандидатов: Бабарико, Цепкало, Тихановского… И наличие этих очередей власть испугало. Да так, что она начала борьбу с очередями – под соусом борьбы с ковидом: не собираться, соблюдать дистанцию… На правительственных мероприятиях – тьма народа без масок, но в очередях стоять нельзя.

Параллельно с этим началась столь же нелепая борьба с национальной символикой. Точнее, это раньше красно-белые флаги и герб "Погоня" назывались национальной символикой, потом стали протестной, сейчас это уже фашистская символика. Хотя "Погоня" – герб Великого княжества Литовского, нашего, кстати, общего государства, он в списке культурного наследия. Но сейчас за него сажают.

"Погоня", герб Великого княжества Литовского, в Беларуси считается символом рыцарства. Однако власти он не угодил.

– Абсурд.

– Один из. И вот прошлым летом совершенно безобидный магазин Symbal.by, где продавали магнитики, чашки, травяные чаи, футболки с белорусским орнаментом, шарфики с символикой, объявил о своем закрытии. Как это обычно бывает, пришли проверяющие – и всё, в соцсетях ребята пишут: "В связи с закрытием магазина у нас распродажа". Все поняли, о чем речь, и на следующий день к магазину выстроилась очередь.

А у меня на соседней улице мама живет, я ехал мимо – и увидел жуткую картину.

Стоят себе спокойно студенты в очочках, какие-то хипстеры, ребята и девчата, без каких-либо плакатов, просто хотят что-то дешево купить, и на них валит эта черная масса с дубинками, эта орда омоновцев, которые начинают избивать, валить на землю, винтить… Я представил себя на месте любого стоявшего в очереди, мою маму, мою Катю… Вы что творите?! Какой, бл…дь, год у вас на дворе?!

В тот момент я, видимо, как те, кто у вас на Майдан вышел, понял: я обязательно к этому магазину пойду и как минимум что-то скажу. Написал пост в "Фейсбуке" на белорусской мове, которую мы тогда гораздо реже использовали: мол, ОМОН, вы больные, не смейте так поступать.

Хорошо помню, как люди с закрытыми лицами ходили и внаглую снимали всех, кто стоял уже в нашей очереди – протестной, выстроившейся по факту избиения людей. А мимо ездил трактор-поливалка, чтобы обдавать нас вонючей водой, которой моют тротуар…

Денис Дудинский открыто участвовал в акциях протеста.

На следующий день меня вызвало телевизионное начальство: "Денис, ну зачем ты туда полез? Тебе что, так плохо живется, что захотелось высказаться? Это же иностранные методички, таких, как ты, пытаются вовлечь…". А я холерик, я не выдержал: "Твою ж мать! Мне 46 лет. Я окончил иняз и объездил 100 стран мира. Я написал, перевел и отредактировал 50 книг. Куда вы, с*ки, хотите меня вовлечь?!". А мне в ответ, с таким ленинским прищуром: "Не-е-ет, Денис. Ты просто не понимаешь, чего ты не понимаешь…".

Ну и всё. От всех госмероприятий меня отстранили, со "Славянского базара", который я с 2006 года вел, убрали. Хотя я сделал ровно то, что делал всегда, только в политической плоскости. Если на районе пристают к девушке – я буду защищать девушку, полезу в драку, получу по морде, сам навешаю, нас загребут и заведут протокол, а если во мне найдут какую-то бутылку пива, то… Ну, вы понимаете. И здесь так же: избили людей – я вышел и встал на их место.

Что произошло с Денисом Дудинским дальше и подробности его ареста читайте в продолжении его интервью OBOZREVATEL в ближайшее время.